…Тени жертв репрессий встанут стеной

Газета, Главная новость, Люди и события ,

В Архангельске на Вологодском (Кузнечевском) кладбище общественники благоустраивают захоронение останков жертв политических репрессий 20-30-х годов.

Сегодня в России стало модным спорить на тему, кем был для страны Сталин – героем или палачом. Те, кто поддерживает вождя народов, утверждают, что именно при нем страна обрела мощь и силу, мы смогли выиграть войну и побороть фашизм. Но есть и другая, более взвешенная точка зрения, основанная на исторических фактах: в годы правления Сталина наша страна буквально захлебывалась в крови и массовых репрессиях.

Не стал исключением и Архангельск, где массовые расстрелы на Мхах стали страхом для  нескольких поколений горожан. Об этом зловещем месте было не принято открыто говорить вплоть до конца 80-х, когда историки обнаружили человеческие останки и предложили захоронить их.

Нашел останки журналист-поисковик Алексей Сухановский и его коллеги. Сразу же после этого в газете «Северный комсомолец» вышла серия статей, где рассказывалась история этих расстрелов. Вот что поведал историк Дмитрий Козлов.

– Поверх болота Мхи уже выросли жилые кварталы и останки людей вынимали из котлованов новых строек и коммуникационных траншей. В 1993 году их перезахоронили на Вологодском кладбище, но с течением времени могила оказалась заброшенной, документы по ней утраченными и еще через пару лет от места памяти могло бы не остаться ничего, – говорит Дмитрий Козлов.

Старожилы-архангелогородцы рассказывают о местах, где находили человеческие останки. Немало их нашли в районе АГКЦ, как по улице Гайдара, так и по улице Выучейского. Также массово расстреливали в районе Жаровихи и Лявли. Вот что писал историк Юрий Дойков: «На Мхах расстреливали и при Ленине и при Сталине. В 1920-ом расстреливали на фабрике Клафтона. Ныне здесь стадион «Динамо». На месте нынешнего стадиона «Труд» стояли Мичиганские бараки, в которых находился концлагерь. Здесь, надо полагать, тоже расстреливали людей. В 1930-х расстреливали во флигеле особняка купца Мерзлютина (угол Набережной и улицы Урицкого). Расстреливали и в самом здании ГПУ-НКВД-МГБ-ФСБ на нынешнем Троицком проспекте, дом 54».

В начале 90-х, как мы уже писали выше, останки были перезахоронены на Кузнечевское (Вологодское) кладбище. Но вот беда – со временем мемориал буквально вытоптали горожане, приходящие на могилки к родственникам. Вокруг отмеченного мемориала начали даже подзахоранивать людей. О тревожной ситуации ежегодно говорили общественники и историки на митингах в память о жертвах политических репрессий, проходящих у Соловецкого камня.

Два года профессор Северного Арктического федерального университета Наталья Дранникова переписывалась со всеми инстанциями, получала подтверждения и разрешения – наконец все необходимые документы собраны и можно приступать к делу. Сегодня для того чтобы привести могилу в порядок (отсыпать холм, починить оградку, поставить памятник) необходимо собрать 115 тысяч рублей. Половина этой суммы уже собрана, осталось найти еще столько же.

– В марте 2019 года было получено официальное разрешение на благоустройство захоронения на Кузнечевском (Вологодском) кладбище Архангельска, в котором покоятся останки 152 человек, расстрелянных в 1920-1930-е годы, и перенесенные туда из расстрельных ям с улиц Выучейского, Гайдара и Приорова в 1993 году. Два года понадобилось нам для того, чтобы собрать все необходимые документы, пройти различные экспертизы, инстанции, сделать проект и получить искомое разрешение. Во многих семьях были родственники, пострадавшие от репрессий, и их потомки до сих пор не знают, где и как они окончили свой земной путь. Для них и многих других захоронение на Кузнечевском кладбище станет символическим местом, куда можно прийти, чтобы отдать дань памяти и уважения своим невинно пострадавшим предкам, – говорит Наталья Дранникова.

Бывший депутат областного собрания и известный предприниматель и общественник Антонина Драчева тоже подключилась к организации обновленного мемориала. Антонина Андреевна говорит, что для нее это дело чести.

– В Архангельске были массовые расстрелы, погибали десятки-сотни людей. Чьи-то останки мы никогда не найдем. Но хотя бы этот мемориал должен напоминать всем нам о том, что подобное никогда не должно повториться. Реабилитация Сталина, его одобрение современниками – очень тревожный сигнал для всех нас, – говорит Антонина Драчева.

Что можно сегодня сделать в помощь созданию мемориала? Перечислить деньги через краудфандинговую платформу Dobro-Da. Даже самый небольшой вклад может ускорить открытие хорошего дела.

Вот рассказ архангелогородки Натальи Ушаковой о трагической судьбе своего дяди Сергея Михайловича Попова, служившего в 1918-1920 годах в белой армии и арестованного советской властью в 1920 году. «Сергей жил в деревне Хамьяново, где было всего три дома, и квартировал у Василия Петровича Тестова. В это время Сергею было 22 года, и он полюбил. Скорее всего, девушка тоже жила на Бакарице. Это была первая любовь Сережи: ведь он то учился, то воевал. Случилось так, что эта девушка понравилась и красноармейцу Ивану Кукушкину.

Соперник написал донос на командира, в котором говорилось, что последний якобы выдавал лопаты, когда в Кегостровский лагерь приезжала команда для фильтрации военнопленных. Это было неправдой: лопаты свободно стояли в караульном помещении и никто их не выдавал! Донос подтвердил красноармеец Николай Рябков. 22 сентября 1920 года Сергея арестовали. Дело называлось «Расстрел коммунистов при Миллере», хотя Сергей никого не расстреливал, у него были чисто хозяйственные обязанности.

5 ноября 1920 года постановлением Архангельской губернской ЧК по обвинению в «контрреволюции» Сергей Попов был приговорен к расстрелу. 11 ноября, в пять часов утра, Сережа был расстрелян на Мхах. С ним были убиты еще 12 человек. Когда Сережу повели на расстрел, его мама, Елизавета Григорьевна, бежала за конвоем, а красные стегали ее нагайками. Она падала и снова бежала, пока были силы.

Красноармеец Кукушкин, доносчик, покончил с собой – застрелился. Девушка не ответила взаимностью? Совесть замучила? Одному Богу известно! Когда это произошло, я не знаю».

Таких печальных историй можно собрать немало, все они свидетельствуют о жестокости новой советской власти, беспощадно расправляющейся со своими врагами. Сначала это были кадеты и эсеры, потом свои же большевики – троцкисты и бухаринцы, а потом и те, кто не отклонялся от генеральной линии. А вместе с ними и простые люди, никогда не занимавшиеся политикой, но попавшие в жернова репрессий по разным поводам – доносам соседей, сослуживцев, обнаружения «темных пятен» в биографии и происхождении и так далее. В те годы в стране царила атмосфера тотального страха, который, по сути, мы не изжили до сих пор.

Академик Дмитрий Лихачев, который в 20-е годы прошлого века оказался узником печально знаменитого СЛОНа (Соловецкий лагерь особого назначения) очень точно сформулировал мысль о последствиях террора тех лет: «Мы претерпели от Сталина огромные, миллионные жертвы. Придет время, когда все тени жертв сталинских репрессий встанут перед нами стеной, и мы уже не сможем пройти сквозь них. Весь так называемый социализм строился на насилии. На насилии ничего построить нельзя, ни хорошего, ни даже плохого, все развалится, как у нас и развалилось. Мы должны были судить коммунистическую партию. Не людей, а сами безумные идеи, которыми оправдывались чудовищные преступления, беспримерные в истории»… Кому-то может не понравиться столь суровая оценка того времени, но Дмитрий Сергеевич имел право на такое мнение…

Алексей МОРОЗОВ,
фото автора