Делали так, чтобы фотографии «ожили»

Газета, Главная новость, Культура

Скульптор Денис Стритович признается, что памятник Детям войны – это был сложный и интересный эксперимент.

Памятник Детям войны, открытый на Троицком проспекте, – творение рук московского скульптора-монументалиста Дениса Стритовича. Эта работа заняла у него около полутора лет, большое внимание автор с коллегами уделяли историческому соответствию.

У Дениса Стритовича собственная мастерская в Москве, он неоднократно являлся участником ряда крупных выставок под эгидой Московского союза художников и Российской академии художеств, а в 2008 году состоялась его персональная выставка в Московском доме скульптора. Денис Анатольевич – автор целого ряда церковных архитектурных проектов, а в последнее время активно сотрудничает с Российским военно-историческим обществом.

В преддверии открытия памятника Денис Стритович стал гостем нашей редакции и рассказал о своем творчестве.

– Денис Анатольевич, как получилось, что именно вы стали работать над этим памятником?

– Темой Великой Отечественной войны я занимался и раньше, у меня много совместных проектов с Российским военно-историческим обществом. Именно там мне предложили сделать памятник Детям войны для Архангельска. Перед началом работы я приехал в ваш город и несколько дней общался с людьми – непосредственными участниками тех событий, которые делились своими воспоминаниями о военном времени и высказывали пожелания, каким должен быть памятник. Встречи оказались важными и плодо-творными.

Сразу стало понятно, что памятник будет нести в себе много информации и образов, которые пересекаются между собой. Это стало своеобразным вызовом нам. Важно было скомпилировать все так, чтобы не возникало ассоциаций со стенгазетой или «кукольным домиком». Поскольку предполагалось много изображений – клипартов реальных сцен, то основная задача была – сделать так, чтобы они не «спорили» друг с другом.

Работал я не один, мне помогала команда и в первую очередь мой коллега художник Тимур Юрченко. Мы тщательно продумывали все детали, не припомню, чтобы какой-то мой проект менялся столько раз, как этот. В итоге постепенно все пришло к единому значению. На мой взгляд, нам удалось сделать то, что и задумывали. Ну а оценивать результат архангелогородцам.

– Из каких материалов сделан памятник и какие технологии вы применяли?

– Мы работали по новейшим технологиям, которые существуют в России и мире. Фигуры выполнены из бронзы, основание и все конструкции – нержавеющая сталь. Задает тему рост детей. Фигуры – девочка с санями-волокушами и мальчик-юнга по умолчанию не могли быть двухметровыми исполинами. Получилась такая трудодельная «шкатулочка». Это не монументальная вещь, как например, ваш замечательный памятник у Вечного огня, здесь принципиально другой подход, продиктованный темой. Эксперимент был сложный.

Рельефы и барельефы – из полимербетона. Ограничиться классическим рельефом, на наш взгляд, в таком проекте было неправильно, излишне декоративно. И мы создавали сложные компьютерные модели, выводили эти рельефы в несколько плоскостей, чтобы фотография «ожила». Достигали нужного результата с помощью компьютера, все то, что касается рельефов, печатали на 3D-принтерах. И этими плитами, огромными фотографиями в бетоне, по сути, «выстеливали» стены. По аналогичной технологии в Москве мы делали памятную доску сатирику Михаилу Задорнову – это был первый опыт, потом еще несколько работ в Тамбовской и Псковской областях. А такое масштабное панно, как на памятнике детям войны, – впервые.

Это была работа, интересная во всех отношениях. Хотелось бы отметить, что в Архангельске сложилось эффективное сотрудничество с музейными сотрудниками, которые давали все материалы, справки. В Российском военно-историческом обществе с этим и так полный порядок, но здесь с учетом местной специфики требовались совместные консультации. Еще я хотел бы отметить участие Ростислава Игнатьевича Мединского – советника председателя РВИО. Он очень много времени уделил этому проекту, вне каких-либо графиков, часами находился у меня в мастерской – многое обсуждалось, двигалось, менялось. Ну а в Архангельске активно участвовал в процессе председатель регионального отделения РВИО Сергей Михайлович Ковалев.

– Вы сказали, что у вас немало работ на военную тематику. Какие из них считаете наиболее значимыми?

– У меня очень много памятников, больше сотни, в разных городах и странах. Совместно с Архангельской областью мы делали памятник 9-му лыжному батальону, который установлен в Финляндии. Есть памятник 112-й Башкирской кавалерийской дивизии и ее командиру генерал-майору Минигали Шаймуратову в Башкирии, защитникам Отечества во многих регионах, матерям и женам защитников Отечества в Новосибирске… Несколько аллей с портретами героев Советского Союза, эти мои работы можно увидеть в Грозном, Новгородской, Тамбовской и Астраханской областях.

– Знаю, что вами сделано немало православных скульптур…

– В Москве в свое время я занимался крупным проектом к 400-летию Дома Романовых в Новоспасском монастыре на Таганке. Его открывал и благословлял патриарх. Было много и других работ, в том числе в Беларуси и на Украине. Я плотно занимался православной скульптурой, потому что это направление мне было близко, интересно. Сейчас скажу именно так – было… В процессе я пришел к тому, что монументальная скульптура не способна, как икона, передать духовный образ святого. Когда я лепил, то анализировал иконографию. Это сложная задача, не факт, что получалось ее в полной мере реализовать, но, по крайней мере, я стремился – переводить иконографию в объем.

– Доводилось видеть вашу замечательную работу – памятник академику Валерию Шумакову у Центра трансплантологии и искусственных органов в Москве…

– Это был очень интересный проект, считаю его одной из своих самых лучших работ. Там большой смысл вложен в изображение пальцев хирурга. Для Центра трансплантологии в моей мастерской также был сделан бюст ученого и врача Владимира Демихова. А в начале октября в этом медицинском учреждении состоится открытие памятника еще одному известному врачу – Борису Петровскому.

В Москве я также делал памятник выдающемуся хирургу Валентину Буянову, в Химках – большой проект по военным врачам, в Ставрополе – по сестрам милосердия. Врачи – это вообще хорошая тема: понятная и ясная…

Сейчас, в эти числа, у нас проходит сразу шесть открытий памятников параллельно в разных городах. И в процессе много проектов. При таком графике, как мне кажется, работы становятся сильнее, если подходишь к ним не с позиции халтуры. Когда постоянно такой цейтнот, организм требует все меньше отдыхать, при этом все увереннее мазки и формы…

Наталья СЕНЧУКОВА