Вера есть даже там, где нет свободы

Газета, Главная новость, Люди и события

У каждого человека свой жизненный путь. И часто, оказавшись по ту сторону тюремной решетки, люди нуждаются в поддержке священника.

В рамках недели межрелигиозного диалога, которая сейчас идет в стране, мы решили узнать: а как уживаются люди различной веры и национальностей в абсолютно замкнутом пространстве – в исправительных учреждениях.

В первую исправительную колонию, что на Пирсах, мы выехали вместе с помощником начальника управления ФСИН России по Архангельской области по организации работы с верующими, благочинным тюремных храмов региона иереем Игорем Горбанем. На территории учреждения руками осужденных построен Храм в честь святого мученика Трифона, там мы и встретились со старостой церковной общины Александром Рожковым.

Нужно отметить, что отец Игорь курирует все церковные подразделения в региональном УФСИН, и обычно в неделю межрелигиозного диалога проходит много различных мероприятий. Но и здесь наложила свой отпечаток пандемия – массовые мероприятия в колониях запрещены, так что все проходит в усеченном варианте.

– Староста церковной общины при колонии это ответственное лицо, он является неким связующим звеном между священником, администрацией и приходом, то есть общиной, осужденными верующими прихожанами храма. Через него решаются все хозяйственные, организационные вопросы: библиотека, обучение, организация богослужений, то есть договоренности со священником, он же сообщает потребности осужденных – креститься, исповедоваться, причащаться, потребность в крестиках, святой воде, свечах, лампадном масле – все, что необходимо, – разъясняет священнослужитель.

За каждым исправительным учреждением закреплен свой священник, а где-то и два, выбирают их обычно по территориальному принципу.

– На данный момент порядка восьми человек в общине, было около тридцати, но многие сейчас уже освободились – остался костяк, по-настоящему верующие люди. Они уже знают основы церковного дела, но продолжают совершенствовать свои знания, по-настоящему живут религией, – рассказывает Александр Рожков.

Как правило, члены общины вкладывают свои силы в реставрационные работы, регулярно посещают богослужения, более того, даже участвуют в них, например, поют. По словам отца Игоря, здесь была организована школа, посвященная церковному уставу и пению.

А вообще, любой осужденный может ходить в церковь хоть каждый день, в определенное время храм открыт – поставить свечку, помолиться.

– Я уже 13-й год отбываю срок в этой исправительной колонии. Долго шел к вере. Безусловно, осужденным это нужно, главное – воспринимать это все всерьез, самому честно к вере относиться. К сожалению, случается, когда человек приходит в храм, только чтобы как-то разнообразить свое существование здесь. И конечно, такие люди не укрепятся верой настолько, чтобы в будущем уже никогда не преступать закон – ни государственный, ни Божий, – считает Александр Рожков.

Православный храм на территории исправительного учреждения – это лишь одна из сторон медали. Мы неслучайно приехали в колонию в неделю межрелигиозного диалога, ведь среди осужденных – не только христиане. Есть и мусульмане, и иудеи, и представители других вероисповеданий.

– На территории ИК-1 есть синагога – молитвенная комната. Единственное, что пока среди осужденных нет иудеев, помещение не используется. Есть немного мусульман, они также имеют возможность для реализации своих религиозных потребностей в отрядах. Им важно иметь место и время для совершения намаза. Поэтому особо для них значимо, чтобы администрация исправительного учреждения разрешала совершать им обряд, причем Коран допускает, что несколько намазов объединяются. Так что сегодня верующий человек может реализовать свои духовные потребности, даже находясь в местах лишения свободы, – уверен отец Игорь.

Аналогичная история с постами – тюремный рацион и рабочий график не очень-то располагают к тому, чтобы поститься. По мнению Александра Рожкова, каждый подходит к этому индивидуально, по своим силам и возможностям. Главное – послушание Церкви.

– И мусульмане в исправительных учреждениях придерживаются общей для всех кухни, потому что Кораном предусмотрены некие послабления, если они на войне или в местах лишения свободы, – отмечает отец Игорь.

Как отмечает иерей Игорь Горбань, в целом в нашем регионе в исправительных учреждениях нет конфликтов на межнациональной  или межрелигиозной основе. Здесь, на Севере, число формально православных людей доминирует, небольшой процент мусульман или представителей других религий. Даже сейчас, во время пандемии, когда священник в меньшей степени может посещать колонии, и для общин это сложно, тем не менее все спокойно и с пониманием пережидают эту длительную паузу.

К священнику идут пообщаться, раскаяться в содеянном и за поддержкой – особенно когда оказался в неволе, для человека особенно важно почувствовать себя не изгоем, поверить в себя. И может быть первый шаг к вере и станет для осужденного тем самым первым шагом, с которого начнется его длинный и сложный путь к свободе.

Коммент

Игорь ГОРБАНЬ, помощник начальника управления ФСИН России по Архангельской области по организации работы с верующими, благочинный тюремных храмов региона, иерей:

– У по-настоящему верующего человека постоянно возникают вопросы: почему так произошло, почему жизнь с ним так обошлась, если есть Бог, то почему он допустил это. Начинают задумываться о смысле жизни. Вообще, тюрьма – это такое место, где ты останавливаешься. Тебе некуда спешить, ежедневная гонка закончилась, появляется время задуматься. А мы должны дать им возможность прийти к Богу. Здесь ничего определенными категориями не померяешь. Если человек остановился, раскаялся – это уже много.

Софья ЦАРЕВА,
фото: пресс-служба УФСИН России по Архангельской области