Алан Купеев: Будущее – за исправительными центрами

Архив новостей, Люди и события

12 марта в России отмечают День работников уголовно-исполнительной системы.

Накануне профессионального праздника мы беседуем с генералом, начальником Управления УФСИН России по Архангельской области о сегодняшнем положении дел в исправительных колониях, о создании исправительных центров как о новом перспективном направлении отбывания наказаний.

Меньше людей за решеткой

– Алан Борисович если в цифрах, число осужденных выросло за последний год или наоборот уменьшилось?

– Число осужденных за год сократилось примерно на 900 человек и составляет 7 773 человека на сегодняшний день – это те, кто содержится в наших исправительных учреждениях. Вообще, за последние десять лет количество осужденных в Архангельской области сократилось ровно в два раза. Это общая тенденция: во-первых ряд преступлений переведены из уголовных в категорию административных, во-вторых, суды выносят больше решений о наказании без лишения свободы.

У нас, кстати, число осужденных без лишения свободы стабильно держится на протяжении уже нескольких лет на отметке чуть более пяти тысяч человек.

– А по категориям преступлений что-то поменялось?

– Криминогенная составляющая контингента с каждым годом ухудшается. Становится меньше общее количество осужденных, но при этом практически каждый третий совершил тяжкие и особо тяжкие преступления: убийства, грабежи, нанесение тяжких телесных повреждений, повлекшие смерть. Порядка 26 процентов людей «сидят» за наркотики.

– Раз сокращается число осужденных в колониях, значит, их теперь проще обеспечить работой?

– Процент трудоустроенных у нас на протяжении долгих лет один из лучших в России, мы входим в семерку лучших управлений по этому показателю. Сейчас это 94 процента. Постоянно открываем новые производства, расширяем действующие.

В рамках федеральной целевой программы по трудозанятости за два с половиной года нам выделили порядка 130 миллионов рублей, закупили много нового оборудования: швейное, пилорамы, автомобили, погрузчики, грейдер. Только лесовозов шесть штук приобрели. Поставили дополнительные пилорамы, открыли шесть новых швейных цехов, создали кузнечные мастерские. Десять модульных почтовых отделений изготовили для области.

По производственным показателям мы немного выросли по сравнению с предыдущим годом и вновь вышли на показатель в сумме более одного миллиарда рублей – по производству продукции и оказанию услуг. В этом плане мы тоже в семерке самых крупных предприятий России по уголовно-исполнительной системе.

Вышел на свободу – нашел работу

– Вы с самого начала очень плотно взялись за профессиональное обучение осужденных. Часто даже можно слышать критику в ваш адрес – зачем, мол, жуликов учить.

– Поймите, если мы не дадим людям образование, кого выпустим в итоге на свободу? Мы обучаем более чем 50-ти профессиям в наших профессиональных училищах, от 2,5 до 2,7 тысяч человек ежегодно получают различные специальности. Причем, смотрим на рынок труда «на воле», а не только учим тех специалистов, которые нужны в колониях. Задача: чтобы человек получил образование, специальность, наработал опыт – тогда, выйдя на свободу, ему будет гораздо легче найти работу. Это в первую очередь социальный проект. Если мы не дадим человеку профессию, не научим работать, не будем воспитывать – в итоге получим замкнутый конвейер передачи из УВД в УФСИН и обратно.

– Из серии: украл, выпил, в тюрьму?

– Именно. Нужно понимать, что процесс реабилитации осужденного долгий и сложный, в него включаются и власть, и общественные организации. Мы все заинтересованы получить в итоге полноценного члена общества, который органично вольется в социум.

– По поводу дисциплины. Не было за последний год массовых беспорядков, преступлений?

– Резонансных преступлений не допущено – убийств, тяжких телесных повреждений, массовых беспорядков. Что касается нападения на сотрудников, подобные ситуации случались, к сожалению, спецконтингент бывает разным. По таким фактам сразу возбуждается уголовное дело, они не должны оставаться безнаказанными. У нас везде видеонаблюдение, так что доказать несложно. Не замалчиваем ничего ради положительной статистики. Сотрудник должен чувствовать себя уверенным, что закон всегда на его стороне, а он на стороне закона.

– Вы до сих пор в области несете на себе социальную нагрузку по содержанию населенных пунктов там, где расположены исправительные колонии? Отапливаете их, продаете продукты первой необходимости?

– Юридически мы от этого освобождены, фактически не освободимся никогда. Всегда говорю, что там, где находится войсковая часть или тюрьма, вокруг всегда активно идет жизнь. Уйдут эти подразделения – населенный пункт рушится.

Принудительные работы – новый вид наказания

– Сейчас по стране активно развивается новое направление – исправительные центры. У нас в области уже есть такие?

– Да, начиная с 2017 года, применяется новый вид наказания – принудительные работы. Строятся и успешно себя зарекомендовали по всей стране исправительные центры. Думаю, суды все чаще будут выносить такие приговоры. Этот вид наказания дается не матерым преступникам, за преступления не тяжкого характера, также в исправительные центры переводятся из колоний люди, вставшие на путь исправления.

И мы одни из первых в России создали такие учреждения в Североонежске. Там есть два действующих исправцентра на 200 человек, но этого явно недостаточно. Условия в них намного лояльнее, осужденные живут в общежитиях, имеют право пользоваться телефоном, у них гражданская форма одежды. Питаться они могут сами, готовить себе еду. Хорошие жилищные условия. Мы их ограничиваем лишь в выходе за пределы территории – это допускается только с разрешения администрации.

Вся суть исправительных центров – в труде. Люди сами себя должны содержать. То есть здесь налицо минимальное обременение государства на содержание этой категории осужденных. Плюс они выплачивают сумму ущерба потерпевшим или государству, назначенную судом.

– К принудительным работам суды, как правило, приговаривают на недлительные сроки?

– До пяти лет. Вначале было больше коротких сроков, даже от двух недель, сейчас уже больше. Как я уже сказал, это одно из перспективных направлений отбывания наказания. И оно будет только расширяться. Нужны новые исправительные центры по области, но они могут быть созданы лишь там, где есть довольно крупные производства, где есть возможность трудоустройства осужденных.

Мы разговариваем с бизнесом, чтобы совместно развивать это направление. Бизнесу это выгодно: у них всегда есть рабочие руки, соблюдается четкая дисциплина на производстве – работодатель уверен, что работник не запьет и не прогуляет. Так что, повторю, будущее за этим видом наказания, причем, это обоюдовыгодный проект для всех заинтересованных сторон.

Здесь я стал генералом

– Алан Борисович, напомните, чем закончилась история про найденную старинную дорогу на месте старого корпуса СИЗО на Попова? Новый корпус там все же появится?

– Обязательно. Он сейчас в стадии проектирования, идет экспертиза проекта. Строительство запланировано на 2023 – 2024 годы. А по поводу части старой дороги – мы пригласили специалистов, которые дали заключение, что исторической ценности этот участок не представляет. Тем не менее, мы его в первозданном виде перенесли в наш ведомственный музей. На память.

– Весна уже наступает, скажите, чем-то новым порадуете горожан на территории управления на Троицком проспекте? Люди за мишек переживают – вернутся ли они?

– Недавно установили фигуру Архангела Михаила, оборудовали подсветкой. По традиции проведем озеленение. И фигуры медведей, конечно, вернем на место, они выйдут из спячки. К сожалению, каждое лето их ломают, потому что и детей сажают, и взрослые залезают. Конструкция же для этого не предназначена. Но это уже вопрос воспитания.

– И напоследок, развейте миф. Ходят упорные слухи, что вы покидаете Архангельск? Вы же столько всего красивого для города сделали!

– Мы люди служивые – в погонах, куда руководство ФСИН России направит, там и будем работать. Пока уезжать не собираюсь, хотя рано или поздно сделать это в любом случае придется. А сделал я здесь многое действительно не для себя, а именно для города, чтобы возле нашего управления было уютное место отдыха, арт-объекты, радующие глаз. Архангельск считаю своим городом, здесь живет моя семья, дети учатся. В конце концов, здесь я стал генералом.