Крепче стали: на Архангельской РЭБ флота трудятся династии судокорпусников

Профессионал своего дела с многолетним опытом работы на ледоколах и буксирах в море, сварщиком на суше, Владимир Александрович Веревкин начинает рабочую смену с обхода судов, стоящих на слипе. Все они пришли из северных морей, чтобы подготовиться к очередной навигации.

Должность у Владимира Веревкина ответственная: под его руководством — корпусно-сварочный участок. Именно от сварщиков и судокорпусников во многом зависят надежность, долговечность и безопасность судна после ремонта. Сопровождая Владимира, мы смогли расспросить его о семейной династии и современных тенденциях в корабельном деле.

Вырос среди кораблей

— Почему вы решили строить свою профессиональную карьеру в судоремонтной отрасли?

— Заниматься флотом, управлять им на реках и в морях, давать судам вторую жизнь — настоящая мужская работа. Я, можно сказать, вырос на заводе. Сколько себя помню, все свободное время приводил здесь, среди вот этих огромных кораблей. Для мальчишек моего поколения это было в радость. Все мы, затонские ребята, у кого родители трудились на предприятии, были здесь своими. В детстве завод мне казался безумно огромным: большие корабли, большие цеха, много людей.

Любовь к флоту привил отец. Мои родители познакомились в Ленинграде в 1978 году. Отец Александр Егорович учился в институте водного транспорта на факультете экономики, к тому времени уже успел окончить Велико-Устюгское речное училище, мама Наталья Викторовна была студенткой строительного института. Приехали они в город на Неве из совершенно разных мест: мама — из Ставропольского края, папа — из Курска. После распределения молодых специалистов направили в Архангельск, а точнее — в поселок Затон на судоремонтный завод. В те годы он был ведомственным и относился к Северному речному пароходству. Мама начинала кондитером в производственной столовой, а папа был главным бухгалтером. Я уже родился здесь, в Затоне. Все мое детство прошло на производстве. Из школы на обед — в заводскую столовую. Кормили рабочих отменно: таких котлет и трубочек с кремом больше нигде не ел. А на производственных площадках мы наблюдали за тем, как специалисты восстанавливают и строят флот, напитывались морским, как сейчас говорят, сленгом. А по сути — привыкали к предприятию, к его характеру, рабочему укладу. Мама и сейчас трудится на предприятии в материально-техническом отделе.

Деревянные дома и мостки были в диковинку

— Первым на Север перебрался мой муж, а я со старшим сыном приехала чуть позже. Мы поженились на третьем курсе и в Затоне оказались по распределению уже как молодая семья с ребенком, — рассказывает мама Владимира Наталья Викторовна Веревкина. — Архангельск мне понравился — просторный, красивый. Тогда думала: три года отработаем и уедем. Но оказалось, при заводе была вся необходимая инфраструктура: детский сад, амбулатория, начинали строиться благоустроенные дома, а коллектив был настолько дружный, что стал второй семьей. Работать по строительной специальности не пошла, понравилась заводская столовая, и я оказалась на должности кондитера, через год стала ее директором, параллельно окончила торговый техникум. Позже занималась общепитом на речных судах «Индигирка», «Олекма», «Пинега», «Неман», они входили в состав Северного речного пароходства. У меня своя карьера строилась.

А мой супруг Александр Егорович вникал во все тонкости судоремонта. Так эта сфера стала нашей семейной стезей. Супругу нравилось, что он смог реализоваться как бухгалтер-экономист, в то же время работа была связана с рекой, флотом. В студенчестве Саша часто говорил мне: «Хочу поближе к реке». Ему нравился характер производства, и он был очень предан ему. Даже когда тяжело заболел, продолжал приходить на работу, чтобы подготовить себе смену. Старший сын много лет отработал на предприятии сварщиком, сейчас младший отвечает за корпусно-сварочный участок. Уже и внук проявляет интерес к технике, предприятию, в нем чувствуется производственная жилка. Да и для меня завод стал больше, чем просто работа, несмотря на то что в конце 1990-х я ушла в социальную сферу и 15 лет посвятила Центру социальной помощи семье и детям, получила соответствующее образование. Работала заведующей филиалом, заместителем директора. Но спустя годы судьба снова привела меня на завод.

Все дороги ведут на завод

— Владимир Александрович, а в какой момент решили профессионально связать свою жизнь с флотом?

— Когда я окончил 82-ю школу в Затоне, даже не раздумывал — поступил в наше, тогда легендарное 48-е училище, которое считалось кузницей кадров для Архангельской РЭБ флота. Отец одобрил мое решение, и я получил две специальности — сварщика и судоводителя. Мне было всего 17 лет, когда пришел на производство. Набирался опыта в бригаде сварщиков, но меня манила романтика морских просторов, и я поступил в Архангельскую мореходку. Несколько лет работал мотористом на ледоколе «Диксон», потом на мотозавознях — речных буксирах-толкачах. Продолжал обучение, стал капитаном. Но ремонтировать и обслуживать суда нравилось больше, и все мои профессиональные пути вели меня на предприятие. Так и родилась эта поговорка, которую я часто повторяю нашим практикантам: «Все дороги ведут на завод».

— Вы руководите подразделением, в котором трудятся преимущественно мужчины. Это накладывает определенную специфику на психологию управления?

— Сейчас у меня в подчинении 54 сварщика-судокорпусника. Работа у нас непростая, предъявляются высокие требования к охране труда, ведется строгий производственный контроль, потому что от квалификации сварщика-судокорпусника во многом зависит конечный результат. В целом команда у нас сплоченная, есть на кого опереться, а чувство плеча в нашем деле очень важно.

Работы на заводе ведутся круглогодично, и ты находишься в непрерывном производственном процессе. Ну и заказы по судоремонту стали интереснее, сложнее. Из последних — баржа «Диксон». Наши ребята выполнили солидный объем ремонтных работ в сжатые сроки: модернизировали судно, надстроили ходовой мостик, реконструировали бытовые помещения — заказчик и экипаж остались довольны.

— А вам никогда не хотелось связать свою жизнь с другой сферой деятельности?

— Уже с возрастом, когда начинаешь переосмысливать какие-то повороты судьбы, использованные или неиспользованные возможности, находишь ответ, почему так сложилось. Мой отец, несмотря на то что попал в Архангельск по распределению, прикипел к заводу, к Северу всей душой. Многие приезжали, но мало кто оставался. Для него судоремонт стал всем. Отца нет, а я каждый день благодарю его за то, что в свое время он не уехал и что я пошел по его стопам, связал свою жизнь с кораблестроением и ремонтом флота.

Профессии для молодых

— Последние несколько лет много говорят о профориентации, принимаются различные программы, которые мотивируют школьников. По вашему наблюдению, молодежь стремится на производство?

— В последние годы молодежь стала приходить — это радует. Мы помогаем вжиться в коллектив, наработать навыки. Уровень сварщиков вырос. Во многом благодаря и нашему учебному центру, который создан на базе завода. Все студенты, обучающиеся здесь от профучилищ, на порядок лучше подготовлены, потому что приобретают опыт в производственной среде — это важно. Не так давно были в командировке в Мурманске, и местные бригады сварщиков были удивлены, что средний возраст наших специалистов — от 30 до 35 лет. Там на порядок выше, около 50 лет. Это тоже показатель того, что у архангельской молодежи заинтересованность в профессии сварщика есть. Если честно, то я глубоко убежден, что судостроение и судоремонт — это целый спектр профессий именно для молодежи. Ведь нужны не только сварщики и судокорпусники, но и инженеры, технологи, отдельный блок специализаций по электромонтажной сфере. Но главное — это профессии с мужским характером. В нашу отрасль ориентирую и своего сына.

— Хотели бы, чтобы он продолжил династию?

— Он, можно сказать, уже продолжает — учится на оператора дорожно-строительной техники. Все производственные практики проходит здесь, на заводе. Вижу, что глаза горят. В судостроении, судоремонте и результат работы всегда больше впечатляет, и заработная плата выше. Каждое судно, спущенное со слипа, вызывает гордость и чувство удовлетворения от проделанной работы. Чувствуешь, что занимаешься настоящим делом!