«Под белыми халатами — защитные фартуки»: в чем специфика работы ангиохирурга?

— Самая точная диагностика при сосудистых патологиях — ангиографическая. Через венозный или артериальный доступ мы можем посмотреть любую систему организма изнутри, это называется коронография, — рассказывает врач-ангиохирург отделения рентгенхирургических методов диагностики и лечения Первой городской больницы Александра Попова.

Именно с ней мы решили пойти в операционную, чтобы своими глазами увидеть работу ангиографической службы. Ведь впереди праздник 8 Марта, а Александра Анатольевна — единственная в больнице женщина-рентгенхирург.

Оперируем на сердце и не только

Сегодня в операционной Александра Анатольевна работает с пациентом, которого «скорая помощь» привезла с впервые возникшей аритмией. Учащенное сердцебиение, головокружение, одышка — в результате мужчина потерял сознание. На «скорой» определили фибрилляцию предсердий. Коронография должна показать, в каком состоянии сосуды и требуется ли операция.

Отделение рентгенхирургических методов диагностики и лечения Первой горбольницы работает в режиме 24/7. Его особенность в том, что здесь нет палат, только операционные — пациентов привозят из других отделений, когда им требуется именно такая технология оперативного вмешательства. Врачи занимаются всеми сосудистыми бассейнами — от сосудов нижних конечностей до сосудов головного мозга, но основная часть работы — это кардиология, коронарные артерии и болезни, связанные с ними. Ангиохирурги оперируют на сердце в тех случаях, когда большая кардиохирургия не показана, на периферических сосудах — когда они сосудистым хирургам недоступны: это артерии ниже колена и берцовая артерия.

Больных с инфарктами и инсультами «скорая помощь» доставляет прямо сюда. Минуя приемный покой, их сразу поднимают в кардиореанимацию. Сначала делают диагностическое исследование — коронарографию, ищут причину сосудистой катастрофы. С помощью специального катетера врачи смотрят сосуды с контрастным веществом, причем используют современные препараты на основе йода. Они дают очень четкую визуализацию, и при этом на них практически не возникает аллергии.

Если есть необходимость, сразу переходят на лечебную манипуляцию: диагностический катетер меняют на лечебный, с помощью которого выполняют полноценную высокотехнологичную операцию. Через небольшой прокол, как правило, в лучевой или бедренной артерии вводят специальный катетер диаметром два — два с половиной миллиметра и с его помощью транспортируют к зоне поражения сосуда баллон либо стент (в зависимости от профиля операции).

— Экстренные пациенты очень быстро оказываются на операционном столе, в этом плане в нашей больнице все отрегулировано и отработано. Но сегодня у нас другой случай, операция не требуется, — отмечает Александра Анатольевна, завершая манипуляции.

Коронаграфия показала, что артерии у пациента без поражения атеросклерозом, в нормальном состоянии. В больнице он продолжит консервативное лечение.

Мужчину увозят в кардиореанимацию, а операционная бригада тем временем снимает экипировку. Под белыми халатами — защитные фартуки. В рентнгеноперационной без них работать нельзя из-за высокой лучевой нагрузки. По этой же причине у каждого есть индивидуальный дозиметр.

— Про лучевую нагрузку всем понятно, но мало кто знает, что мы стоим у операционного стола и держим на себе дополнительные семь-восемь килограммов. Эти свинцовые фартуки очень тяжелые. Сейчас, конечно, появляются современные варианты, они полегче и с поясом, поддерживающим поясницу. Но в любом случае это ощутимая нагрузка на позвоночник, — делится Александра Попова, когда выходим из операционной.

Диагностическая манипуляция сегодня заняла буквально 20 минут. Но, как отмечает наша героиня, так бывает редко. Идешь на работу и никогда не знаешь, как сложится день.

— Вчера, например, был сложный случай: экстренная пациентка — 80-летняя женщина с опухолью матки, у нее из-за распада опухоли развилось сильное кровотечение. Мы работали больше полутора часов, — говорит Александра Анатольевна. — У пожилых пациентов измененная анатомия. В данном случае была сильная извитость подвздошных артерий. Чтобы закрыть кровотечение, честно говоря, пришлось помучиться. Но в итоге все получилось. К нам попадают пациенты не только кардиологического профиля. Нашим высокотехнологичным лечением мы в принципе любому отделению больницы можем чем-то помочь.

Минимум травм, максимум результата

За 37 лет, которые прошли с момента открытия отделения, сложнейшие высокотехнологичные операции превратились в повседневную работу. Когда-то же они стали настоящим прорывом для архангельской медицины и спасением для тысяч северян.

Очень часто патологию коронарного русла можно вылечить путем установки в артерию специального устройства — стента. То же самое с периферическими сосудами: брахиоцефальными, сонной артерией, сосудами нижних конечностей — можно сделать балонную ангиопластику, то есть с помощью баллона расширить просвет сосуда до нормального или установить туда стент.

Ангиографическая служба была создана в Первой городской больнице в 1988 году. Ее наличием в те годы могли похвастаться немногие региональные медучреждения. Архангельская область входила в десятку регионов, где она была. Сначала пациентов направляли на диагностику: определить локализацию и выраженность поражения в сосудистом русле, дать исходную информацию для кардио- и сосудистых хирургов. Чуть позже стали заниматься и лечебными эндоваскулярными вмешательствами.

В Первой городской первая в регионе коронарография была сделана в конце 1980-х, коронарная балонная ангиопластика и установка коронарного стента — в середине 1990-х.

Александра Попова работает в отделении рентгенхирургических методов диагностики и лечения 16 лет. До этого была оперирующим урологом. Когда предложили освоить ангиохиругию — долго не раздумывала, хотя признается, что поначалу были опасения.

— Было страшно, потому что обычному «полостному» хирургу сердце казалось чем-то из области фантатики. Но, как говорится, глаза боятся, а руки делают. Съездила на стажировку в Центр имени А. Н. Бакулева, потом обучалась на рабочем месте. Работа интересная, ни секунды не жалела, что так круто изменила жизнь, — говорит Александра Анатольевна.

Ей нравится, что это малотравматичная хирургия с хорошей визуализацией, при которой результат виден сразу. А еще радует движение вперед — в отделении постоянно внедряется что-то новое.

— Некоторое время назад у нас была очень интересная операция. Наш коллега Сергей Валерьевич Голышев закрывал коронарно-легочную фистулу, заклеивал ее специальным клеем через микрокатетер, чтобы не происходило сброса крови в легкое. Патология довольно редкая, и раньше эта методика в нашей больнице не применялась, — рассказывает Александра Попова. — Или вот ставили стент-графт, то есть протезировали грудной отдел аорты. Впервые в больнице делали это не открытым способом, а через небольшие разрезы, без вскрытия грудины.

Александра Попова подчеркивает, что работа в отделении — командная, с удовольствием рассказывает о достижениях коллег. Благодаря Александру Полисадову, например, в отделении выполняется внутрисосудистое УЗИ, когда внутрь сосуда вводится специальный датчик, — очень нужное исследование для определения стенозов. Вячеслав Савваитов и Игорь Визжачий занимаются радиочастотными аблациями и изоляциями устьев легочных вен — это методика лечения сложных нарушений проводимости сердца.

— Большую работу проводят медсестры, которые обеспечивают все процессы в операционной, — отмечает Александра Анатольевна. — Во время операции мы даже, бывает, не разговариваем. Медсестры без слов понимают, что врачу надо — какой инструмент подать, чем помочь. Мы много лет работаем вместе. У нас хорошее отделение, доброе, в коллективе есть взаимная поддержка.

Кстати, профессию Александра Попова выбрала благодаря своей бабушке — она жила в Тверской области и работала операционной медсестрой. В детстве маленькую Сашу часто отправляли к ней на все лето, а она брала внучку с собой на работу. И уже тогда девочка не сомневалась, что станет врачом. В восьмом классе начала работать санитаркой. А сейчас уже дочь Александры Анатольевны получает медицинское образование.

— Профессия врача, медицинского работника — это спасение людей, — говорит Александра Попова. — Ты о себе порой и не думаешь. Зачастую операция не отпускает, даже когда приходишь домой, все равно прокручиваешь ее в голове и думаешь, как там пациент. Нет такого, что ушел, отключился и забыл. Это сложная работа, потому что мы находимся рядом с пациентом, когда он на грани жизни и смерти. И от твоих быстрых действий зависит, по какую сторону он окажется. Но еще это и очень благодарная работа: когда пациенты выздоравливают, встают на ноги и возвращаются к жизни — ты понимаешь, ради чего все усилия и бессонные ночи.