В Архангельской области действует отделение «Поискового движения России»

О том, как живут поисковики, с какими трудностями сталкиваются и зачем ворошат прошлое, рассказали руководитель отделения Общероссийского общественного движения по увековечению памяти погибших при защите Отечества «Поисковое движение России» Виктор Цветков, а также его соратники.

Виктор Цветков в движении уже около двадцати лет. За плечами — тысячи километров по лесам, десятки экспедиций, сотни поднятых бойцов. Началось все со знакомства с Андреем Ивановым, руководителем объединения поисковых отрядов «За Родину» Северодвинска.

— Съездил первый раз с ним в Карелию — и все. Потом дважды в год: Карелия, Калужская область, Беларусь, — вспоминает Виктор. 

Сегодня под его началом действуют 30 поисковых отрядов общей численностью 906 человек. Официальный прием в движение начинается с 18 лет. Сюда приходят исключительно по зову сердца и либо остаются навсегда, либо уходят после первой экспедиции.

Так, например, в 2005 году в движение пришла Юлия. На тот момент она работала в школе социальным педагогом. В учебном заведении был поисковый отряд, и руководитель постоянно звал ее с собой. Два года она отказывалась, но потом решилась.

— И вот с тех пор я здесь, — говорит девушка. — Самое тяжелое в нашей деятельности — это эмоции. Они бывают разные. Хорошие, радостные — когда видишь глаза родственников солдат, которых удалось найти и перезахоронить. А тяжелое — это осознание, что очень много солдат еще не захоронены, не найдены.

Оксана пришла в движение совсем недавно. Увидела пост в соцсетях о раскопках на пляже острова Ягры, нашла Виктора Цветкова и написала, что хочет помочь.

— Я лет пятнадцать мечтала заниматься поиском, — признается Оксана. — И вот наконец-то решилась. Сначала меня никто не поддержал, даже не поняли, зачем мне это и куда я еду. Сейчас родные уже смирились. Не сказать, что сильно поддерживают, но понимают, что для меня это важно.

Поисковики регулярно сталкиваются с вопросом: зачем поднимать бойцов? Зачем ворошить прошлое?

— Очень часто нам говорят эту фразу, — признается поисковик со стажем Алексей. — Я считаю, те, кто так говорит, неправы. Когда мы этим занимаемся, мы восстанавливаем историческую память, историческую значимость человека, который погиб и о котором забыли. А когда есть возможность узнать, кто это, и найти родственников, то это особая радость. Ради этого мы и работаем! Еще великий русский полководец Суворов сказал, что война не окончена, пока не похоронен последний солдат.

Экспедиции — это не туристические вылазки. Отряд — это реальная семья, где все друг другу помогают и друг друга поддерживают.

— На протяжении многих лет ты работаешь вместе с членами своего отряда, вы становитесь друзьями, — рассказывает Юлия. — Ты разделяешь с ними и радости, и потери, и проблемы, которые касаются не только нашей совместной работы, но и личной жизни

А еще вся поисковая деятельность происходит в личное время. Люди берут отпуска, отказываются от юга и пляжей, чтобы ехать в поисковую экспедицию. Живут в палатках две-три недели, а иногда и дольше. Правда, благодаря прогрессу выезды становятся все комфортнее.

— Раньше у нас были только палатки и спальники, — вспоминает Виктор. — Теперь есть и солнечные батареи, и генераторы, и даже мобильные бани.

В этом году у архангельских отрядов запланировано около 60 экспедиций. Работы хватит на всех: выезжают в Ленинградскую область, Карелию, Нижний Новгород, Ржев и даже на Дальний Восток. Есть в планах и поездка в Беларусь.

Отдельная задача — поиск военного самолета, который упал в Приморском округе во время войны. Летчик до сих пор не захоронен.

Стоит отметить и то, что поисковики не ограничиваются экспедициями. Они ведут масштабную просветительскую работу: организуют выставки и проводят уроки мужества для школьников.

— У нас есть выставка «Без срока давности» о геноциде советского народа во время Великой Отечественной войны, — рассказывает Виктор Цветков. — Мы возим ее по области уже пять лет.

Еще один важный проект «Судьба солдата». В прошлом году было получено более 200 заявок от жителей Архангельской области с просьбой узнать о судьбе родственников, пропавших без вести. На сегодняшний день заявок уже более 300.

Естественно, что поисковикам приходится трудиться не только на выездах. Очень большой пласт работы заключается в исследовании архивных материалов. Это позволяет изучить все имеющиеся факты и разработать наиболее эффективный план действий.

Алексей, который прошел путь от новичка до командира отряда, советует тем, кто хочет прийти в поиск, не торопиться.

— Сначала проверьте себя: сможете ли вы жить в этих условиях? — говорит он. — Сходите в небольшой туристический поход, поживите пару дней в лесу. Если вы сразу приедете в экспедицию, там начнется тяжелая работа и сложный быт. И к этому нужно быть готовым, иначе придется нелегко.

Юлия, которая в движении уже почти два десятилетия, тоже советует подходить к принятию решения ответственно.

— Подумайте, зачем вам это надо, — говорит она. — Найдите для себя ответ. Это временное увлечение, которое вы через год бросите? Или это то, что будет с вами всю оставшуюся жизнь? Потому что поиск — это диагноз. Это навсегда.

Архангельские поисковики делают то, что невозможно переоценить: они возвращают из небытия имена, восстанавливают справедливость и учат молодое поколение помнить. Без громких слов, часто за свой счет и в отпускное время. Их работа — это не просто раскопки. Это диалог с прошлым, который нужен нам сегодня, чтобы не повторять ошибок и сохранять историческую правду.